Элита сахалинской корейской диаспоры - стр.3

 

I-2. Хо Дё  허조 (1911-1976)

 

 Хо Дё родился в 1911 г. в г. Чхунджу провинции Чхунчхон–   букто. 5 лет он обучился у дедушки тысячам иероглифов, после  ему не  пришлось ходить в школу. Самостоятельно научился   корейскому и японскому языкам. После освобождения в 1945 г.  он, работая в корейской школе, также без посторонней помощи научился писать и читать по–русски. 

 После аннексии Кореи в 1910 г. японские колонизаторы установили в ней жесточайший военно-полицейский режим, проводили экономическую экспансию, использовали корейцев внутри страны и за её пределами в качестве рабов на опасных для жизни военных предприятиях. Гнёт и притеснение, политика геноцида со стороны японских колонизаторов вынуждали многих корейцев эмигрировать в другие страны. Среди них были и те, кто, не вытерпев нищенского существования, отправился один или с семьей на поиски нового пристанища. Хо Дё также вынуждён был покинуть родные места.

Попав в г. Инчхон, он занимался тяжёлым физическим трудом, но избавиться от нищеты не удалось. В 1940 г. он завербовался на Южный Сахалин, который в то время был под управлением Японии и назывался Карафуто. Он попадает в г. Томариору (ныне – Томари). Здесь он устраивается в целлюлёзно–бумажный комбинат. Но и здесь прокормить большую семью из 11 человек было очень тяжело. Частенько дети оставались голодными. Но и в таких условиях глава семьи думал о будущем детей. Старался прививать им жажду знаний.

После освобождения Сахалина Хо Дё обращается в сахалинский областный отдел образования с просьбой открыть в г. Томари корейскую школу. 15 октября 1946 г. такая школа открывается и директор Хо Дё на первом уроке учит с учениками Гимн Кореи «Эгукка» и рисует на доске корейский флаг «Тхэгыкки». Для Хо Дё воспитание детей в духе патриотизма стало главной целью жизни.

 Брошенные на Сахалине корейцы первого поколения вынуждены были жить на чужбине, почти потеряв надежду на возвращение в Корею. Не зная русского языка, так и не приспособившись к европейской культуре, они прошли через немалые испытания. На их долю выпал тяжелый жребий: быть долгие годы лицами без гражданства в стране, провозгласившей принцип равенства всех наций и народов. Многие воздерживались от оформления советского гражданства, полагая, что это в дальнейшем затруднит их возвращение на родину.

 Борьба за возвращение на историческую родину сахалинские корейцы не прекращали никогда: Пак Но Хак, И Хи Пхал, Такаки Кэнити и другие в Японии, Хо Дё, Ким Ен Бе и Бок Зи Коу на Сахалине, И Ту Хун в Корее. Узнав о том, что в Японии Пак Но Хак и другие сахалинские репатрианты создали «Общество по  возвращению интернированных на Сахалине корейцев», которое впоследствие было переименовано в «Общество по репатриации корейцев Карафуто», Хо Дё написал Пак Но Хаку письмо о настроениях сахалинских корейцев. С этого времени Хо Дё стал активно сотрудничать с Паком в деле обмена письмами между сахалинскими корейцами и их родственниками, оставшими в Корее. Хо собирал данные о сахалинских корейцах, которые затем стали основой списка желающих репатриироваться на родину.

В 1962 г. Хо Дё обратился в МИД СССР для получения визы на выезд из страны на постоянное место жительства в Республику Корея через Японию. УВД Сахалинской области уведомило «жителя г. Томари Хо Дё, что при наличии разрешения на въезд в Японию, ОВиР готов выдать разрешение на выезд из СССР». Однако японское правительство отказало в выдаче визы.

В 1965 г. на аналогичное обращение УВД Сахалинской области сообщило жителю г. Корсакова   Ким Ен Бе о том, что при наличии разрешения на въезд в  Японию, будет разрешен выезд из СССР. Эта новость быстро распространилась по области среди корейцев и желающие вернуться в республику Корею через территорию Японии стали обращаться к корейской общественности в Японии с просьбой о содействии.

Такая деятельность не могла оставаться вне внимания органов государственной безопасности. Хо Дё был многократно вызван для беседы в КГБ СССР по Сахалинской области, обвинён в антисоветской и антиправительственной деятельности, сидел в тюрьмах. Но он не сломился, на все обвинения отвечал, что сахалинские корейцы имеют естественное право вернуться на родину.

 

Хо Дё умер 18 апреля 1976 г. после тяжёлой болезни, до конца оставаясь лицом без гражданства.

 

Недостаточно прав для комментирования

>